Итоги №19 (205). 2000

Галерея «На Солянке»
Москва

За день до открытия большой ретроспективной выставки Юрию Савельевичу Злотникову исполнилось 70 лет. Но поздравления юбиляр принимал без всякого энтузиазма — кажется не из-за человеческого, связанного с солидным возрастом страха, а из-за художественного. Злотникову не хочется быть ветераном искусств, даже авангардистского искусства: нонконформистов. Он не только по-прежнему выставляется сам, но и выставляет других, курируя выставки с музейными амбициями, вроде «Проекта Музея СССР». К участию в них приглашает художников разных поколений и взглядов, и со всеми как-то находит общий язык. Злотников даже часто участвовал в домашних посиделках-семинарах «племени младого, незнакомого» у «иконоборца» Авдея Тер-Оганьяна, дискутируя на равных (а иногда и солидаризируясь) с каким-нибудь левым радикалом Осмоловским. Злотников ходит по «актуальным» галереям, пишет для «Художественного журнала», а значит, держит руку на пульсе времени.
      И таким он был всегда. «Пошехония», «обломовщина», «созерцательность» — любимые ругательства Юрия Савельевича по адресу расслабленных коллег и всей русской культуры, которой, как ему кажется, не хватает мобильности, интеллектуальной строгости, структурированности. Сам же Юрий Савельевич — поэт структур и сторонник рациональности. Его абстрактная живопись и графика (Злотников является одним из пионеров русской послевоенной абстракции) — это скорее научные эксперименты, выросшие из увлечения
кибернетикой, психологией и философией, чем аутичное «искусство
для искусства». Созданная в конце 50-х «сигнальная живопись» (на
самом деле только графические эскизы к ней; на фото работа 1958
года) исследовала и упорядочивала возможные зрительские
реакции на странные комбинации парящих в пустоте изображений
первоэлементов — точки, кривой, прямоугольника, словно
вылетевших с таблиц сумасшедшего окулиста. Главное же, 
умозрительные опыты социально активного Злотникова, в 
соответствии с эйфорическими настроениями «оттепели», имели
практический смысл: открытия художника экспериментальным
путем проверялись в электрофизиологической лаборатории 
мединститута, а затем использовались в дизайне школ, заводов и
даже космического корабля.
      Но «украшать советскую империю не было желания», как говорит
сам автор. Общественно полезные, напрямую обращенные к
зрителю «сигналы» сменились усложненными и отвлеченными
«знаковыми системами» — сериями, где говорливые картины,
покрытые цветными инфантильными почеркушками, соседствуют с 
просветленным молчанием абсолютно чистых холстов (как в 
недавнем цикле «Проблемы языка»). Однако и здесь присутствует 
жесткая внутренняя логика соположения алогичных вроде бы
значков, лишь закамуфлированная наивной экспрессией.
      Ведь Злотников — современный художник-рационалист, 
аналитик и исследователь (даже когда обращается, в текстах ли, или
в названиях работ, к патетической метафизике). Человек-НИИ, не 
дающий сбоев. И потому можно смело сказать: «С 70-летием, дорогой 
Юрий Савельевич!» 

Александр Панов